Ниже я покажу, как Лафайет Рон Хаббард, гений предпринимательства и литературной рабулистики, плодотворно использовал принцип действия религии по форме в его наиболее абстрактном проявлении в рекламной кампании продукта под названием «Дианетика», запущенного в 1950 году, чтобы чуть позже, благодаря квазирелигиозному «апгрейду», преобразовать его в «церковь» саентологии. Отправной точкой для кампании Хаббарда стал культурный кризис конца 1940-х годов – для него самого время, ознаменованное периодом личных неудач. В то время автор мог рассчитывать на большой потенциал роста на рынке литературы по психологической поддержке и самопомощи. Здесь перемешались мотивы психоанализа, философии жизни, духовного попечения, бизнес-консалтинга, психагогики, псевдорелигии, диетологии и фитнес-психологии. Изобретательность Хаббарда заключалась в том, чтобы объединить эти запросы в одном месте. Он следовал традиции современных шарлатанов (и это слово используется в безоценочно нейтральном смысле), которые против всех болезней вооружены одним единственным лекарством или против всех проблем – одним единственным решением. Этот габитус наблюдается с XVI по XX век в бесчисленных конкретных проявлениях – от мышления нулевой точки современной философии до политической идеи тотальной революции. Согласно великим шарлатанам, наивысшее искусство всегда состояло в том, чтобы дистиллировать одно средство, единственную панацею, всесильный фактор, и неважно, в какой колбе – физической или моральной. Дистиллятом, как правило, оказывается простая субстанция, последний элемент или простое действие и последняя операция. Тот, кто им владеет, может всё. 

Продукт Хаббарда был задуман как ментальная панацея и выпущен на бурный рынок консультационных услуг по саморазвитию. На первый взгляд, его «Дианетика» 1950 года казалась всего лишь новым, масштабно рекламируемым средством для очистки затуманенных стекол сознания – тем не менее, продуктом, который своим значительным успехом в продажах за один год доказал, что американцы через пять лет после бомбардировки первыми атомными бомбами были готовы по всему фронту принять так же и духовные предложения по простейшему решению мировых проблем. По словам автора, времени на сложную эзотерику больше нет, необходимо коренным образом преобразовать мир, причем как можно скорее, «чтобы бомба нас не опередила». Выживание стало ключевым словом в консультировании по саморазвитию. Оно представляет собой американский аналог раннехристианской метанойи ввиду истекающего времени. На фоне начинающейся ядерной гонки вооружений между США и Советским Союзом «дианетика» открывает альтернативную гонку – между ею самой и мировой системой войн, душевных заболеваний и преступности. Кому же не захочется при такой перспективе присоединиться к лагерю тех, кто уверенно заявляет, что обладает рецептом решения мировых проблем?

Решение кроется в названии метода: дианетика происходит от двух греческих слов dia (через) и nous (ум) и обозначает науку о том, что происходит «посредством ума» – иногда в качестве источника называют слово dianoua, которого в греческом языке, увы, не существует. Как несложно догадаться, тут имеется в виду, что все происходит посредством ума, лишь значение слова «посредством» до поры до времени остается неясным. По самой же системе пока не видно, как она заново компонует старое противопоставление духа и материи – на поверхности «научно», в глубинной структуре гностически. Без ложной скромности новый гиперметод Хаббарда представляется как «современная наука о душевном здоровье» и обещает дать самое простое решение всех проблем, которые до сих пор казались неразрешимыми. Словно калифорнийский аватар Иоганна Готлиба Фихте, Хаббард прославляет свое учение о знании как завершение эры лишь предварительных испытаний. В то время как традиционные решения сами по себе тоже стали частью проблем, независимо от того, в религиозных ли, философских, терапевтических или политических формах, дианетика провозглашает решение всех проблем ясно и окончательно. Это решение, согласно заверениям, никогда не вернется обратно на проблемную сторону, поэтому только злодеи и душевнобольные могут быть заинтересованы в том, чтобы препятствовать дианетике. Таким образом, отныне существует новый критерий для быстрой диагностики психопатических наклонностей: равнодушие или враждебность по отношению к тому, что предлагает дианетика. Необузданная полемика против того, что Хаббард называет общепринятой психиатрией, проходит красной нитью через все его работы и работы его учеников. Без сомнения, он догадывался, что именно специалисты будут говорить о нем и его деятельности. И он заставил их дорого заплатить за свои догадки 3.

По сути, дианетика сначала предлагает не более чем упрощенную и технизированную версию основных положений психоанализа: она ничтоже сумняшеся заменяет фрейдовское различие между системами или состояниями поля Сз и Бсз (сознательное/бессознательное) хаббардовским различием между аналитическим умом (вместе с его ясным банком памяти) и реактивным умом (вместе с его патологическим банком памяти). В последнем скрывается совокупность всех проблем, в то время как в первом находится решение всех проблем. В этой исходной ситуации естественной задачей аналитического ума представляется очищение реактивного ума до тех пор, пока не останутся только ясные представления. Тот, кто освободит патологическую память, достигнет исключительного господства аналитического ума и сможет назвать себя очищенным (клир). Весь «процессинг» проходит под максимой: там, где был реактивный ум, должен появиться ум аналитический. Задача дианетических процедур заключается только в достижении очищения. С их помощью клиенты, независимо от того, на что они жалуются, возвращаются по внутренним «временным путям» к «инграммам» в своей патологической памяти, причем часто необходимо открывать «замки» (locks) на патогенном содержании памяти. Такие возвращения происходят на основе более или менее фантастического предположения, что воспоминания (рикол) «стирают» старые инграммы и устраняют вызванные ими «аберрации» – предположение, которое ко времени начального периода Хаббарда было популяризовано психоанализом и Альфредом Хичкоком, хотя так никогда и не вышло за рамки ложного правдоподобия.