Я хотел бы сделать первый шаг к обоснованию интереса к этим темам, вспомнив известное требование Витгенштейна покончить с «болтовней об этике». К нашему времени стало возможным ту часть этического дискурса, которая не является болтовней, переформулировать в антропотехнических терминах. Работа над этим переводом – хотя и под другими названиями – с 40-х годов XIX века более или менее составляет центральную часть современной «культурологии». На короткий момент этическая программа современности явно выступила на первый план, когда Маркс и младогегельянцы сформулировали тезис о том, что человек сам создает человека. Высказанное в этом предложении было моментально замутнено другой болтовней, рассуждавшей о труде как единственно существенном действии человека. Но если человек действительно производит человека, то как раз не посредством труда и его физических результатов, и не посредством превозносимой с недавних пор «работы над собой», и уж тем более не посредством «взаимодействия» или «коммуникаций», к которым взывают альтернативно. Человек делает это своей жизнью в упражнении.

Упражнением я называю любую операцию, посредством которой поддерживается или улучшается квалификация того, кто ее исполняет, с целью следующего выполнения той же операции, независимо от того, заявлена ли она как упражнение или нет.2

Тот, кто говорит о самопорождении человека, не говоря о его формировании в упражняющейся жизни, уже изначально упускает суть. Поэтому нам необходимо отвлечься практически от всего, что говорилось о человеке как трудовом существе, чтобы перевести все на язык упражнения, а точнее на язык самоформирования и самоинтенсификации как образа жизни. Не только усталый homo faber, человек трудящийся, опредмечивающий мир в режиме «делания», должен покинуть свое место в центре логического поля; но и homo religiosus, обращающийся к трансцендентному миру с помощью сюрреалистичных обрядов, также может по праву откланяться. И трудящиеся, и верующие подпадают вместе под новое родовое понятие. Пришло время продемонстрировать, что человек – это живое существо, возникающее из повторения. Подобно тому, как XIX век в когнитивном плане существовал под знаком производства, а XX – рефлексивности, будущее должно предстать под знаком упражнения, тренировки, наторения.